GISMETEO: Погода по г.Волгоград

На правах рекламы:

изготовление металлоконструкций без учета стоимости металла

Все для фронта, все для победы

Первый день войны. Утро 22 июня 1941 г. в Сталинграде началось как обычно. Мощные гудки заводов с непрерывным производством возвестили о начале дневной смены. В разные концы страны отправились эшелоны с новенькими тракторами. Воскресный номер «Сталинградской правды» информировал читателей об открытии 27 июля 6-й сессии областного Совета депутатов трудящихся, о начале регулярного воздушного сообщения Сталинград — Симферополь, о подготовке к уборке нового урожая... Яркие афиши приглашали в летний театр, где с успехом шла пьеса А. Корнейчука «В степях Украины». В кинотеатрах демонстрировались фильмы «Сокровища погибшего корабля», «Песнь о любви», «Коварство и любовь», «Большой вальс». В помещении драмтеатра намечался городской смотр детской художественной самодеятельности. Среди юных дарований выступит в этот день и маленькая девочка из Бекетовки — Аля Пахмутова.

День выдался жарким. Над городом голубело безоблачное небо. Тысячи горожан устремились за Волгу, в любимые места отдыха — на Бакалду, Крит, Островную. Юркие пароходики, прозванные сталинградцами «трамвайчиками», едва успевали перевозить людей. Всюду гремела музыка, звучали песни и беззаботный смех...

В полдень сталинградцы узнали страшную весть: война! Смолкли песни. Посуровели лица. «Улицы по-прежнему залиты жарким полуденным солнцем, — вспоминает первый секретарь Сталинградского областного и городского комитетов ВКП(б) А. С. Чуянов, — но людей на них стало значительно меньше, лица у всех озабочены...» Женщины спешили к детям, мужчины — на предприятия, в военкоматы.

Состоялись массовые митинги. Принятые на них резолюции призывали теснее сплотиться вокруг Коммунистической партии и Советского правительства, все силы направить на разгром врага, жить и работать под лозунгом «Все для фронта, все для победы!», «Будем бдительны, укрепим трудовую дисциплину, повысим производительность труда, сделаем все, чтобы дать в этот ответственный момент тысячи тонн стали и проката сверх плана», — заявили на митинге рабочие завода «Красный Октябрь». «Урожай будет собран весь, до зерна», — заверили колхозники Чернышковского района и призвали всех тружеников полей Сталинградской области последовать их примеру. «Производственным подъемом охвачены все цехи СТЗ, — писала «Сталинградская правда». — Коллектив считает себя мобилизованным и готов работать столько, сколько потребуется Родине».

Состоялись экстренные заседания партийных комитетов, на которых были намечены конкретные мероприятия по выполнению Указа Президиума Верховного Совета СССР о проведении мобилизации в действующую армию. На призывные пункты выехали 200 партийных работников.

Вечером бюро обкома подвело итоги первого дня войны. Сталинградцы встретили сообщение о вероломном нападении на СССР фашистской Германии мужественно и без тени паники. Рабочие тракторного, «Красного Октября», «Баррикад» и других предприятий встали на первую военную вахту. Весь областной, городской и районный партийный и советский актив выехал на места для проведения организационной и массово-политической работы. Четко действуют облвоенкомат, возглавляемый майором Е. Г. Куксовым, и райвоенкоматы.

Боевые штабы обороны. В. И. Ленин учил, что если дело дошло до войны, то вся внутренняя жизнь страны должна быть подчинена интересам фронта. «Советская Республика осаждена врагом, — подчеркивал Ленин в критический период революции. — Она должна быть единым военным лагерем не на словах, а на деле». В авангарде борьбы с врагом должны идти коммунисты. В годы гражданской войны Владимир Ильич называл большевистскую партию «воюющей партией».

С первого дня войны Коммунистическая партия претворяла в жизнь ленинские идеи. Боевым отрядом сражающейся партии была Сталинградская областная партийная организация, насчитывавшая в своих рядах 58317 коммунистов. В границах Сталинградской области действовала сеть партийных комитетов: один обком, один окружком (в Астрахани), два горкома (в Сталинграде и Камышине), 11 городских и 73 сельских райкома. В обкоме работали 12 секретарей, в горкоме — 8, окружкоме — 9 и в райкоме — 5. По решению XVIII партийной конференции ВКП(б) структура партийного аппарата подверглась изменению: во всех городских и сельских райкомах действовали военные отделы; был введен институт парторгов ЦК ВКП(б), в МТС, совхозах и на железной дороге созданы политотделы.

На основе директивы ЦК ВКП(б), СНК СССР и Государственного Комитета Обороны (ГКО) партийные комитеты перестраивали политическую, идеологическую и организационную работу в массах. В совместном постановлении от 1 июля 1941 г. исполком облсовета депутатов трудящихся и бюро обкома ВКП(б) потребовали от партийных и советских организаций «поднять весь народ области на беспощадную борьбу с врагом».

Партийные комитеты и политотделы превратились в боевые штабы обороны, подчинив свою деятельность нуждам фронта. Регулярно, пока позволяли условия, созывались пленумы партийных комитетов, собрания партийного актива, проводились отчеты и выборы партийных органов. В военные годы состоялось 17 пленумов обкома ВКП(б) и собраний областного партийного актива, 23 пленума горкома партии. Даже в дни осады Сталинграда созывались два пленума обкома и два пленума горкома, дважды проводились отчеты и выборы партийных органов.

Положительную роль сыграла стабильность руководства области. Все годы войны обком и горком ВКП(б) возглавлял Алексей Семенович Чуянов, видный партийный и государственный деятель, член КПСС с 1925 г., делегат XVIII съезда ВКП(б). Облисполкомом руководил Иван Федорович Зименков, активный участник гражданской войны, боец 25-й Чапаевской дивизии, депутат Верховного Совета РСФСР; председателем горисполкома был Д. М. Пигалев. Самоотверженно выполняли свой долг секретари обкома И. П. Бородин, М. А. Водолагин, М. Д. Жаворонков, B. Т. Прохватилов, Н. Р. Петрухин, К. А. Уханов, секретари горкома партии И. А. Пиксин, А. А. Вдовин, секретарь обкома ВЛКСМ В. И. Левин, секретари райкомов С. Д. Бабкин, К. С. Денисова, C. Е. Кашенцев, М. А. Одиноков, Д. В. Приходько, Г. Д. Романенко, председатели райисполкомов Сталинграда: Д. С. Степчиков — Тракторозаводского, В. В. Голованов — Баррикадного, А. Ф. Локтева — Ерманского, Т. С. Мурашкина — Дзержинского, И. Т. Шишкин — Ворошиловского, З. П. Зеленский — Кировского.

Вся деятельность местных Советов также была подчинена нуждам фронта. Значительная часть депутатов (5031 человек) влилась в ряды Красной Армии. Выбыли по другим причинам 2460 народных избранников. На 1 января 1945 г. во всех звеньях Советов области работали 4704 депутата, или 38,5 % довоенного состава. Временно прекратили свою деятельность Советы на территории, временно оккупированной врагом.

Функции Советов депутатов трудящихся расширились. Они содействовали укреплению Вооруженных Сил, проводили перестройку на военный лад местной промышленности, занимались учетом, подготовкой и распределением рабочей силы, заботились о работе коммунально-бытовых предприятий, ведали оказанием государственной помощи семьям фронтовиков и инвалидам Отечественной войны, размещением и снабжением эвакуированных семей, руководили государственной и кооперативной торговлей и культурно-просветительной работой. Когда создалась угроза вторжения врага на территорию нашей области, на плечи Советов легла основная тяжесть по эвакуации промышленных предприятий, колхозов, совхозов, МТС, а также учебных, культурных и других учреждений.

Осенью 1941 г., когда на южном крыле советско-германского фронта сложилась опасная обстановка, Государственный Комитет Обороны принял решение о создании в ряде городов, в том числе Сталинграде, Астрахани и Камышине, городских комитетов обороны с широкими полномочиями. 23 октября бюро Сталинградского обкома ВКП(б) и исполком областного Совета депутатов трудящихся приняли совместное решение «в интересах сосредоточения всей гражданской и военной власти и установления строжайшего порядка» создать в Сталинграде городской комитет обороны. В его состав вошли: А. С. Чуянов (председатель), И. Ф. Зименков, А. И. Воронин — начальник областного управления НКВД, комендант гарнизона Г. М. Кобзев (в декабре 1941 г. его сменил В. Х. Демченко). Государственные комитеты обороны были созданы тогда же в Камышине и Астрахани. Это были чрезвычайные органы партийно-государственной и военно-хозяйственной власти, наделенные правами, определенными Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. «О военном положении».

Деятельность Сталинградского комитета обороны можно разделить на четыре основных периода: первый продолжался с 23 октября 1941 г. до 16 июля 1942 г., второй — с 17 июля до 18 ноября 1942 г., третий — от начала контрнаступления советских войск до завершения Сталинградской битвы, четвертый — со 2 февраля 1943 г. до апреля 1945 г., когда Сталинградский городской комитет обороны был ликвидирован. Особенно напряженно комитет обороны работал летом и осенью 1942 г., когда Сталинград оказался в центре военных событий. За период своей деятельности Сталинградский ГКО принял 690 постановлений, которые представляли собой боевые приказы, подлежащие немедленному исполнению.

Мобилизация военнообязанных и транспортных средств. Партийные комитеты, Советы, городской комитет обороны решали многие задачи, важнейшей из них стала мобилизация людских и материальных ресурсов. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. объявлялась мобилизация военнообязанных на территории 14 округов, в том числе Северо-Кавказского (СКВО), в состав которого входила Сталинградская область. Мобилизации подлежали военнообязанные, родившиеся с 1905 по 1918 г. включительно. В тот же день Указ был передан по радио. Но для начала мобилизации требовалось еще распоряжение штаба СКВО с конкретными указаниями.

Такая шифровка поступила в облвоенкомат 22 июня в 16.00. О ее содержании Е. Г. Куксов немедленно доложил А. С. Чуянову и И. Ф. Зименкову. Хотя многие офицеры облвоенкомата находились в отпусках или командировках, наличный состав действовал оперативно и четко: через два часа после получения шифровки райвоенкоматам были направлены указания, какое количество людей, каких военных специальностей и к какому сроку должен выделить каждый из них. Одновременно райвоенкоматы получили наряды на автомашины, тракторы, лошадей, повозки.

На сборных пунктах круглосуточно дежурили офицеры военкоматов, партийные и советские работники. Сюда многие приходили, не дожидаясь повесток. В первых рядах добровольцев шли комсомольцы, активисты Осоавиахима. Только в Сталинграде в первые дни мобилизации от них поступило около 20 тыс. заявлений с просьбой отправить на фронт. Аналогичная картина наблюдалась в райвоенкоматах области. Проводы на фронт проходили в торжественной обстановке.

Справедливости ради следует отметить, что не все проявляли патриотизм, не все рвались на фронт. Выявились шкурники, которые всеми правдами и неправдами пытались улизнуть от призыва в армию — незаконно получали бронь, симулировали болезни и даже шли на членовредительство. Были и дезертиры.

Но не эти слабые духом или затаившиеся до поры до времени враги Советской власти определили ход мобилизации. Сухие цифры документов военкоматов убедительнее всяких слов свидетельствуют о том, что в ответ на призыв широко известной песни «Вставай, страна огромная!» поднялась вся Сталинградская область. Военкоматы и их добровольные помощники с трудом справлялись с потоком добровольцев и мобилизованных. С железнодорожных станций области ежедневно отправлялись в соответствующие части и округа в среднем по 10—12 эшелонов с людьми, техникой, лошадьми. Вот данные за июнь, июль, август. Всего отправлено 110590 военнообязанных запаса 1-го разряда (возраст до 35 лет), в том числе 3636 старших командиров, 14689 — младших командиров и 92265 рядовых. В те же месяцы воинским частям направлены 450 легковых автомашин, 4320 грузовых, 350 специальных автомашин, 1250 гусеничных тракторов, 18674 лошади, 1152 пароконные повозки.

Итак, за два с небольшим месяца Сталинградская область выставила столько людей и транспортных средств, сколько было достаточно для сформирования целой общевойсковой армии военного времени.

Всего за первый год войны Сталинградская область дала фронту по мобилизации 395284 человека, 12209 автомашин, 2935 тракторов, 64018 лошадей, 10493 пароконные и 494 одноконные повозки.

Кроме обычных мобилизаций, проводились и партийно-комсомольские. В соответствии с решениями ЦК ВКП(б) от 27 и 29 июня 1941 г. бюро Сталинградского обкома партии уже 1 июля приняло постановление направить в распоряжение наркомата обороны 1,5 тыс. коммунистов и комсомольцев. В общей сложности за годы войны Сталинградская партийная организация направила на фронт более 33 тыс. коммунистов, комсомольская организация — 60 тыс. молодых патриотов.

На смену ушедшим на фронт вставали новые борцы за идеалы коммунизма. В партию вступали передовики производства, ударники колхозных полей, истинные и верные сыны и дочери своей Родины. В самые суровые годы войны Сталинградская партийная организация приняла в свои ряды около 30 тыс. человек: в 1941 — 6700, в 1942 — 4489 и в 1943 г. — 8241.

Боевой кузницей резервов для фронта являлся созданный еще по инициативе В. И. Ленина всеобуч. С первых же дней войны трудящиеся Сталинграда в возрасте от 16 до 60 лет стали овладевать воинскими знаниями. Школу всеобуча прошли по сложной 110-часовой программе около 200 тыс. человек. Свой вклад в подготовку резервов внесли массовые патриотические оборонные организации, особенно Осоавиахим, который подготовил 21333 бойца-специалиста.

В составе Красной Армии и Военно-Морского Флота сталинградцы сражались на многих участках гигантского фронта. Важное значение имели и такие формы вооруженной борьбы с ненавистным врагом, как истребительные батальоны и народное ополчение.

Истребительные батальоны. В соответствии с решением Совнаркома Союза ССР от 24 июня 1941 г. «О мероприятиях по борьбе с парашютными десантами и диверсантами противника в прифронтовой полосе» бюро обкома ВКП(б) приняло на следующий день постановление о создании во всех городских и сельских районах области истребительных батальонов: в Сталинграде — восемь, в Астрахани — четыре, в сельских районах — 66 батальонов. В промышленных районах Сталинграда и сельских районах, на территории которых размещались важные объекты военного значения, а также железные дороги, численность бойцов в батальонах доходила до 212, в остальных колебалось от 100 до 150 человек.

В истребительные батальоны зачислялись проверенные люди — партийный, комсомольский и советский актив. Каждый боец получал рекомендацию райкомов партии. На ноябрь 1941 г. истребительные батальоны Сталинградской области насчитывали свыше 9500 бойцов, в том числе 4470 человек — члены и кандидаты в члены ВКП(б), 615 — члены ВЛКСМ. Из числа личного состава городских подразделений органов милиции был организован отдельный батальон. В него вошли взвод конной милиции, ведомственный и конвойный взводы, а также взвод, созданный из сотрудников аппарата областного управления НКВД. Позже создавались другие подразделения, например, истребителей танков, и к началу Сталинградской битвы в Сталинградской области действовали 83 истребительных батальона, насчитывавшие до 11 тыс. бойцов.

Оперативной деятельностью истребительных батальонов руководили органы НКВД. Поэтому командирами чаще всего назначались сотрудники милиции. Общее руководство батальонами осуществлялось райкомами ВКП(б), комиссарами батальонов назначались, как правило, секретари РК ВКП(б), начальниками штабов — командиры запаса. За короткий срок бойцы прошли боевую подготовку по 60-часовой программе. «... В борьбе с трудностями, — пишет начальник штаба батальона Тракторозаводского района Б. Панченко, — бойцы и командиры овладевали военными знаниями, мужали, закалялись их характеры».

Боевыми действиями истребительных батальонов руководил штаб, созданный в областном управлении НКВД. На них возлагалась борьба со шпионами, диверсантами и парашютистами, охрана населенных пунктов и важных объектов от проникновения и действий вражеской агентуры. Вместе с милицией они обеспечивали общественный порядок, пресекали распространение провокационных слухов, проводили прочесывание местности и облавы с целью задержания вражеских шпионов и диверсантов, а также антиобщественных элементов.

Бойцы истребительных батальонов выполнили поставленные задачи. Главная их заслуга заключается в том, что они помогли чекистам обеспечить безопасность охраняемых объектов от действий вражеской агентуры. А. И. Воронин подчеркивает: «... Ни в 1941 г., ни в самый разгар Сталинградской битвы в 1942 г., ни после ее победного завершения в нашей области не было совершено ни одной диверсии на промышленных предприятиях или военных объектах».

Как сообщает Воронин, некоторые вражеские агенты явились в управление НКВД с повинной и дали согласие сотрудничать с советской контрразведкой. С их помощью сталинградские чекисты вели радиоигру с Абвером, что позволило дезинформировать фашистское командование и обезвредить большую группу немецких агентов.

Сельские истребительные батальоны вели успешную борьбу с парашютистами-десантниками. Благодаря высокой бдительности многие диверсанты арестовывались сразу же после приземления. Оперативно действовали, например, бойцы второго взвода Кумылженского батальона. Поднятые по тревоге поздней ночью 19 апреля 1942 г., они в считанные часы обнаружили и задержали фашистского шпиона. В операции отличились К. Селиванов, С. Сломов и И. Лободенко. Истребительный батальон совхоза «Хоперский пионер» Хоперского района обезвредил 42 вражеских десантников и 14 шпионов, захватив их вместе с парашютами и радиостанциями.

Бойцы Фроловского истребительного батальона обезвредили трех немецких парашютистов, сброшенных в районе города Фролово с заданием «осуществить диверсионный акт на линии ж. д. Арчеда — Сталинград». Кроме того, этот батальон задержал 210 дезертиров и подозрительных лиц. Взвод Нижне-Добринского батальона под командованием Я. Г. Сипало захватил двух немецких агентов «с полным диверсионным грузом и парашютами» и тем самым предупредил диверсии в районе железной дороги Камышин — Балашов. Старшина того же батальона Н. П. Быков был представлен к награждению «за поимку 4 человек, два из которых были разоблачены как агенты германской разведки и два оказались дезертирами РККА». Всего этот батальон провел более 20 боевых операций и задержал около 50 человек. Истребительный батальон Нехаевского района ликвидировал бандитскую группу, состоявшую из шести человек.

Немало фашистских агентов задержали жители. «За проявленную доблесть и мужество при поимке немецко-фашистских диверсантов и шпионов, — говорится в приказе военного совета Юго-Западного фронта от 10 января 1943 г., — награждены медалью «За боевые заслуги» колхозницы и служащие хутора Деминский Новоаннинского района Сталинградской области, гражданки Двойченко Мария Николаевна, Косарева Домна Яковлевна и Пеганова Любовь Александровна».

Народное ополчение. 2 июля 1941 г. Советское правительство приняло решение о формировании народного ополчения на добровольных началах.

В Сталинградской области создание народного ополчения началось по инициативе коллектива тракторного завода. В обращении, принятом на митинге 5 июля, дзержинцы призвали всех трудящихся области «создать непобедимые ополченские полки». «Мы, — писали они, — решили создать полк имени железного рыцаря пролетарской революции Феликса Дзержинского».

На всех предприятиях, в учреждениях, колхозах и совхозах прошли многотысячные митинги, после которых проводилась запись добровольцев в ополчение. В него вступали семьями и целыми коллективами. Например, комсомольские организации таких заводов, как «Баррикады», метизный, имени Куйбышева, Сакко и Ванцетти записались в ополчение в полном составе. «Я снова готов взять в руки оружие и смело вступить в смертельную схватку с врагом человечества — германским фашизмом», — писал участник гражданской войны, бывший командир эскадрона Первого Донского кавалерийского полка Д. И. Андреев.

Учитывая высокую активность всех слоев населения, исполком облсовета и обком ВКП(б) приняли 11 июля решение о создании в области корпуса народного ополчения в составе: Сталинградская стрелковая дивизия, сводная Донская кавалерийская дивизия казачьих сотен, отдельный танковый батальон, отдельный артиллерийский дивизион и минометный дивизион. Кроме того, в Астрахани формировался отдельный полк народного ополчения.

Командиром корпуса обком ВКП(б) назначил И. Ф. Зименкова, начальником штаба — заведующего военным отделом обкома майора А. С. Пенеджика, начальником отдела политической пропаганды — секретаря обкома М. А. Водолагина. Решение обязало Зименкова и Водолагина совместно с обкомом и горкомом ВКП(б) «подобрать и представить на утверждение бюро обкома старший начсостав частей и соединений народного ополчения». Райкомы партии должны были подобрать из запаса РККА и утвердить на своих заседаниях средних командиров. Вступать в ополчение могли трудящиеся от 17 до 60 лет, не подлежащие немедленному призыву по мобилизации. Формирование ополчения предписывалось закончить к 15 июля.

Многие ополченцы стрелковой дивизии отправились в действующую армию добровольно. Первый такой отряд в количестве 1526 человек город проводил 10 июля. Позже, в течение трех месяцев, на фронт выехали еще шесть отрядов, каждый из которых насчитывал не менее тысячи человек. Дивизия пополнялась новыми добровольцами. Всего поступило более 50 тыс. заявлений. Районные отборочные комиссии оставляли в ополчении только тех, кого на предприятиях и в колхозах без ущерба для производства могли заменить другие лица. Комиссии отобрали боеспособный контингент и создали подразделения народного ополчения. В августе 1941 г. Сталинградский корпус народного ополчения насчитывал 13 тыс. бойцов двадцати национальностей.

Особенно успешно прошло формирование танкового батальона. Его комплектование завершилось к 15 июля. С 26 октября начались регулярные учебные занятия с проведением боевых стрельб из танков. Так как желающих вступить в него было много, 2 февраля 1942 г. по корпусу был отдан приказ реорганизовать батальон в «танковую бригаду имени Сталинградского пролетариата в составе двух полков». Бригада насчитывала 1,5 тыс. бойцов. Ее основной костяк составляли рабочие тракторного завода, преподаватели и студенты Сталинградского механического института. Хорошее знание техники, ревностное отношение к службе способствовали тому, что ополченцы, как писала «Сталинградская правда» 20 ноября 1941 г., «очень скоро приобрели все качества советских бойцов... быстро научились водить грозные машины... прошли боевые стрельбы и показали, что они хоть сейчас готовы громить фашистские орды».

Сложнее обстояло положение с боевой подготовкой в Сталинградской стрелковой дивизии. Ее формирование завершилось в конце июля 1941 г. Она состояла из трех полков (Краснооктябрьского, Ерманского и Ворошиловского), артиллерийского дивизиона в Баррикадном районе и минометного дивизиона в Ворошиловском. Рассредоточенность частей по всему городу отрицательно сказывалась на боевой учебе. Вторая трудность заключалась в том, что бойцы дивизии были плохо вооружены. Не хватало опытных командиров-инструкторов. Но особенно затрудняла боевую подготовку частая смена личного состава дивизии, вызванная уходом добровольцев на фронт. К октябрю 1941 г. ее личный состав почти полностью обновился.

Партийные и советские органы приняли ряд мер, направленных на повышение боевой подготовки личного состава дивизии, сформированной заново в конце октября. Стали проводиться кратковременные учебные сборы — от 3 до 10 дней — с отрывом от производства. Находившиеся в Сталинграде военно-политическое училище и училище связи выделили командно-политический состав. По решению обкома ВКП(б) заводы Сталинграда изготовили и передали частям ополчения минометы, автоматы, гранаты, бутылки с горючей жидкостью, а также построили два бронепоезда и 25 учебных танкомакетов из дерева для обучения бойцов борьбе с танками.

Предприятия легкой промышленности изготовили для ополчения 6 тыс. комплектов обмундирования, 2 тыс. шинелей, 2 тыс. пар сапог, 1,5 тыс. стеганых фуфаек и брюк, 5 тыс. штук саперных лопат. Имелось полное снаряжение для санитарного батальона и батальона связи. На складах хранился месячный запас продовольствия на 2 тыс. человек. На содержание ополчения трудящиеся областей собрали около 1,5 млн. р. Колхозники отчисляли в фонд ополчения хлеб, мясо, овощи и другие продукты.

Большое внимание уделялось партийно-политической работе. Для ополченцев читались лекции, выпускались стенгазеты. Местное издательство выпустило серию брошюр «Библиотека народного ополчения» в 16 названиях, в том числе на темы: «Как бороться с танками противника», «Как ориентироваться на местности», «Как бороться с высаженным десантом противника» и др.

Все это позволило превратить Сталинградскую стрелковую дивизию ополчения в боевое соединение.

В создании кавалерийской дивизии принимали участие 20 донских районов области. Центры формирования полков находились в Урюпинске, Новоаннинской и Михайловской. В дивизию вступили такие опытные воины, как участник обороны Царицына орденоносец П. С. Куркин, бывший боец дивизии Киквидзе Н. И. Никуличев, участник первой мировой и гражданской войн, полный георгиевский кавалер К. И. Недорубов и его сын Николай, бывший командир кавалерийской бригады, кавалер двух орденов Красного Знамени Н. Ф. Цыпляев и многие другие. Свыше 25% личного состава дивизии составляли коммунисты.

Для нужд дивизии колхозы выделили 1700 лошадей, 2 тыс. седел, 200 повозок, большое количество кожи для пошивки сапог и изготовления сбруи. На содержание ополченцев население пожертвовало крупную сумму денег, а также продовольствие и фураж.

С 1 октября по 1 ноября казаки-ополченцы находились на учебном сборе, где прошли боевой курс обучения. Старые казаки делились с молодыми своими знаниями и опытом. Боевая и политическая подготовка дивизии окрепла. Казаки рвались на фронт. По решению обкома ВКП(б) от 24 декабря 1941 г. дивизия была зачислена в кадры Красной Армии под именем 15-й Донской кавалерийской казачьей дивизии. От имени трудящихся области обком ВКП(б) и облисполком вручили ей Красное знамя с наказом быть верными боевым традициям Красного Царицына. В начале апреля 1942 г. дивизия выступила на фронт.

Перестройка народного хозяйства на военный лад. По своему экономическому потенциалу Сталинградская область в РСФСР занимала перед войной шестое место. В 1940 г. в области насчитывалось 126 промышленных предприятий, в том числе 29 союзного и 2 республиканского подчинения. Они давали продукции на 1542 млн. р., из них Сталинград — 1173 млн. р. По переписи населения 1939 г., в городе проживало 445 тыс. человек, из них в сфере материального производства работало более 150 тыс. Из полумиллиона тракторов, выпущенных в стране перед войной, около 300 тыс. были сделаны руками инженеров и рабочих СТЗ. Особая важность сталинградской промышленности заключалась в том, что она располагала собственной металлургией. Из 18 млн. т. стали, выплавленных в 1940 г. всеми заводами СССР, 911 тыс. т приходилось на Сталинград. Завод «Красный Октябрь» по многим сортам качественной стали занимал первое место в стране. Сталинградская судоверфь, оборудованная по последнему слову техники, производила ежегодно до 90 речных барж и буксирных пароходов. Потеря таких крупных экономических районов, как Украина, Белоруссия и ряд областей РСФСР, эвакуация многих заводов в глубь страны придали промышленности Сталинграда еще большую значимость в снабжении советских войск.

Перевод народного хозяйства на военные рельсы проходил в трудных условиях. Надо было не только наладить в кратчайший срок производство военной продукции, но и высвободить производственные мощности для 32 эвакуированных предприятий республиканского и союзного значения, обеспечить их транспортом, рабочей силой и необходимыми материалами. Перестройка осуществлялась под руководством партийных комитетов и Советов. Важную роль в налаживании производства военной продукции на таких заводах, как тракторный, «Красный Октябрь», «Баррикады», судоверфь, сыграл нарком танковой промышленности В. А. Малышев. Решающее слово сказал рабочий класс, проявивший высокий патриотизм. А. С. Чуянов подчеркивал, что «движение за повышение производительности труда охватило все заводы».

На заводе «Красный Октябрь» развернулось соревнование мастеров скоростных плавок. Сталевары И. П. Алешкин, А. П. Кузьмин, И. М. Орлов, О. Ковалева до 30 % плавок проводили скоростными методами. К концу 1941 г. на предприятии трудилось около 6 тыс. стахановцев и ударников, т. е. более половины трудового коллектива. Если в начале войны выплавка стали заводом составляла 4% к общему производству стали в СССР, то к декабрю 1941 г. она составляла уже 9% при той же мощности мартеновских цехов. Молодые рабочие завода «Баррикады» выступили инициаторами соревнования под лозунгом «Двести процентов нормы — двести снарядов по врагу». Массовый характер приобрело движение Комсомольско-молодежных бригад: уже в июле 1941 г. на заводе трудилось 30 молодежных бригад и участков, дававших полторы-две нормы за смену и выпускавших продукцию только высокого качества.

Коллектив тракторного завода во втором полугодии 1941 г. выпуск валовой и товарной продукции увеличил в два раза по сравнению с первым полугодием. Производительность труда на одного рабочего повысилась на 206%. Завод быстро освоил выпуск танка Т-34. Во втором полугодии 1941 г., т. е. в период Московской битвы, он дал фронту более тысячи этих боевых машин. По инициативе тракторозаводцев в предоктябрьском социалистическом соревновании на предприятиях Сталинграда родились первые фронтовые бригады. Работая под девизом «В труде, как в бою», эти бригады перевыполняли сменные задания в 2—3 раза, работали без брака, добивались большой экономии топлива, сырья и материалов. К лету 1942 г. в составе комсомольско-молодежных и фронтовых бригад заводов города насчитывалось более 3 тыс. двухсотников, а число стахановцев и ударников превышало 32 тыс. человек.

На смену кадровым рабочим, ушедшим на фронт, на заводы и фабрики пришли молодежь и женщины. На многих предприятиях молодые рабочие составляли более половины трудового коллектива. Для пополнения промышленности кадрами рабочих в области было создано 15 школ ФЗО и 8 ремесленных и железнодорожных училищ. К ноябрю 1944 г. они подготовили 35 тыс. молодых рабочих ведущих квалификаций. Огромная ноша легла на плечи женщин. На 1 апреля 1942 г. на «Красном Октябре» трудилась 4081 женщина, или 35,7% всех работающих. На заводе им. Куйбышева на 1 июля 1942 г. работало 3145 человек, в том числе 1965 женщин. В легкой и обрабатывающей промышленности женщины составляли подавляющее большинство.

Самоотверженный труд рабочего класса позволил завершить перевод промышленности Сталинграда на военные рельсы уже в первые месяцы 1942 г., значительно раньше, чем в других городах Поволжья. В городе и области все предприятия обслуживали нужды фронта. На тракторном заводе было организовано массовое производство танков и тягачей. На машиностроительном заводе «Баррикады» развернулось крупносерийное производство вооружения, в том числе 45-миллиметровых орудий. Силикатный завод освоил производство противотанковых мин, судоверфь — бронекорпусов для танков, метизный завод — мин, взрывателей, осколочно-фугасных снарядов. На заводе им. Сакко и Ванцетти изготовлялись 50-миллиметровые минометы, чугунные окопные печи, на лесозаводах — артиллерийские сани, санитарные салазки, дезкамеры, огнеметы. По просьбам военных советов фронтов рабочие ремонтировали бронепоезда, танки, автомашины, боевые суда. Всего предприятия Сталинграда выпускали до 80 видов различной военной продукции, в том числе прославленные «катюши». Над выпуском вооружения и боеприпасов трудилось более 150 тыс. рабочих, техников и инженеров. Сталинградский промышленный район стал одной из мощных и, что особенно важно, самой ближайшей к фронту индустриальной базой.

Трудовой героизм рабочего класса города получил высокую оценку. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 января 1942 г. за образцовое выполнение заданий партии и правительства по производству вооружений орденом Ленина был награжден завод «Баррикады», а 8 февраля орденом Трудового Красного Знамени были отмечены заслуги коллектива СТЗ — за перевыполнение планов по выпуску танков и танковых моторов.

Неизмеримо возросла роль Сталинграда как узла важнейших коммуникаций, связывающих центр страны с югом. В первую военную навигацию Нижне-Волжское речное пароходство перевезло 260 тыс. военнослужащих и 84 тыс. т военных грузов, перевыполнив план в 2—3 раза. Кроме войск, военных и народнохозяйственных грузов, железнодорожники перевозили тысячи раненых и эвакуированных. За первые месяцы войны железная дорога перевезла около миллиона человек эвакуированных. Многие из них оседали в Сталинграде и области.

После того, как осенью 1941 г. выбыла из строя главная железнодорожная магистраль Москва — Курск — Харьков — Ростов, все воинские перевозки и грузопоток, которые осуществлялись по этой коммуникации, были переключены на приволжские железнодорожные линии, проходившие через Сталинград. Возросла стратегическая роль железных дорог Гудермес — Астрахань, Астрахань — Саратов. Чтобы обеспечить положение с транспортом, ГКО предусмотрел осуществление широкой программы строительства новых железных и автомобильных дорог, в том числе в Сталинградской области. Первую очередь железной дороги Сталинград — Владимировка протяжением 180 км строители, а это в основном женщины и старики, закончили за 76 дней; за четыре с половиной месяца была введена в строй железнодорожная линия Илов-ля — Камышин протяженностью 160,6 км. Обе эти дороги были построены в условиях суровой зимы, под бомбежкой.

Реконструкция Сталинградского железнодорожного узла, проведенная осенью 1941 г., позволила обеспечить выгрузку 2200 вагонов в сутки. В летние дни 1942 г. велось строительство еще двух объектов, имевших важное оборонное значение: железнодорожной линии в направлении Кизляр — Астрахань (348 км) и астраханской паромной переправы через Волгу. Самоотверженно, часто с опасностью для жизни, трудились все железнодорожники — от начальника вокзала до стрелочницы. Для охраны объектов и эшелонов партийная организация Сталинградской железной дороги выделила 1398 активистов и создала 7 комсомольских взводов в составе 325 человек.

Война подвергла суровому испытанию сельское хозяйство. Из села в армию была мобилизована значительная часть людских и материальных ресурсов. Если в 1940 г. в колхозах области насчитывалось 410,3 тыс. трудоспособных, то в 1942 г. их оставалось 202,3 тыс. человек. Резко сократилось количество тракторов, автомашин, лошадей. К весне 1942 г. только в колхозах области недоставало 1235 тракторов.

Урожай первого военного года выдался на редкость богатый. Рожь, например, местами поднялась выше человеческого роста. В хозяйствах составляли планы жатвы. Но планы нарушила война. Вместо ушедших на фронт мужчин к штурвалам комбайнов, к рычагам тракторов встали женщины, подростки. В совхозах и МТС были спешно организованы краткосрочные курсы трактористов и штурвальных. К маю 1942 г. они подготовили свыше 13 тыс. женщин-трактористок. На полях области работали 148 женских тракторных бригад.

С помощью горожан колхозники убрали урожай, сдали хлебопоставки государству и своевременно провели другие сельскохозяйственные работы.

За годы войны Сталинградская область сдала государству 55 млн. пудов хлеба, 275 тыс. пудов мяса и большое количество другого продовольствия.

Сталинградцы оказывали помощь фронту и деньгами. В начале войны получили широкое распространение всесоюзные комсомольско-молодежные воскресники. В первом из них, состоявшемся 17 августа 1941 г., участвовало более 150 тыс. юношей и девушек Сталинградской области. Все заработанные деньги — более одного млн. р. — были перечислены на счет Фонда обороны. Позже такие воскресники проводились ежемесячно. Они дали несколько десятков миллионов рублей.

По инициативе рабочих-комсомольцев завода «Баррикады» в сентябре 1941 г. развернулся сбор средств на постройку авиаэскадрильи имени Сталинградского комсомола. На нужды фронта население жертвовало крупные денежные суммы: отец шести сыновей-фронтовиков 70-летний колхозник сельхозартели «Борец за социализм» Комсомольского района И. Ф. Наумов внес 100 тыс. рублей, его примеру последовали колхозники П. П. Аврамов, П. Б. Подгорный, А. И. Рыбалкина, писатель А. С. Серафимович и др. Всего в Фонд обороны от сталинградцев поступило 80 млн. руб., в том числе 4 млн. руб. молодые патриоты направили на строительство авиаэскадрильи имени Сталинградского комсомола.

Организация противовоздушной обороны. Сталинград был глубоким тыловым городом, но это отнюдь не исключало возможности налетов вражеской авиации. Вот почему уже в первый день войны в городе были созданы пункты воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) и приняты меры по светомаскировке.

25 и 28 июня 1941 г. Сталинградский облисполком принял решения об организации во всех городах и районах области городских и районных штабов местной противовоздушной обороны (МПВО), которым подчинялись штабы МПВО, созданные при сельсоветах, колхозах, МТС, предприятиях и домоуправлениях. Начальником МПВО области стал И. Ф. Зименков, начальником МПВО г. Сталинграда — Д. М. Пигалев. Начальниками служб МПВО (оповещения и связи, охраны безопасности и общественного порядка, медико-санитарная, противопожарная, светомаскировки, аварийно-восстановительная) являлись заведующие соответствующими отделами Советов. Вопросы организации противовоздушной обороны были предметом постоянной заботы партийной организации области. В частности, состоявшийся 13 августа 1941 г. пленум Сталинградского горкома ВКП(б) потребовал от руководителей хозяйственных организаций строго выполнять правила светомаскировки.

Большое внимание уделялось подготовке населения к оказанию первой медицинской помощи. На 1 января 1942 г. в группах самозащиты Сталинграда имелось 844 санитарных звена, 296 санитарных постов на предприятиях, 63 санитарных дружины, возглавляемые опытными врачами. В коммунальных домах группы самозащиты насчитывали 12 тыс. бойцов и 3 тыс. командиров. Областное отделение Красного Креста подготовило около 100 тыс. значкистов «Готов к санитарной обороне», около 4 тыс. медсестер и сандружинник. Одновременно население готовилось к сдаче норм противохимической обороны (ПВХО). К лету 1942 г. почти все взрослое население Сталинграда и области сдало нормы ПВХО.

На пятый день войны в город прибыли первые санитарные поезда с ранеными красноармейцами и командирами. Вскоре Сталинградская область превратилась в крупную госпитальную базу. На 30 июня 1941 г. местные власти развернули 14 эвакогоспиталей на 5200 коек, к августу открыли еще 37 госпиталей на 15835 коек, а в ноябре — еще 16 госпиталей на 5925 коек и на 10% расширили существующие. В мае 1942 г. начали принимать раненых 27 новых госпиталей на 9350 коек. В общей сложности в области действовало 94 эвакогоспиталя на 49815 коек.

Тысячи добровольцев-девушек и женщин, не считаясь со временем, за счет своего отдыха оказывали шефскую помощь в организации и оснащении госпиталей, готовили их к приему раненых, а затем по-матерински ухаживали за ними. Только за 12 месяцев (июль 1941—июль 1942 г.) сталинградские эвакогоспитали обслужили 225736 раненых и больных воинов Советской Армии, из которых свыше 185 тыс. человек, или 82,3% вернулись в строй.

При налетах на советские города фашистская авиация, наряду с фугасными, сбрасывала массу зажигательных бомб. Необходимо было обучить все взрослое население приемам и способам борьбы с зажигательными авиабомбами. На предприятиях и в учреждениях Сталинграда начали действовать курсы пожарных. «Сталинградская правда» печатала статьи, в которых давались советы по противопожарной обороне.

В начале войны противопожарная служба Сталинграда включала 31 пожарную команду, насчитывающую около 2 тыс. бойцов. Они располагали автонасосами, двумя пожарными поездами и двумя пароходами-гасителями, а также средствами наблюдения и связи. На помощь пожарным командам могли прийти 809 противопожарных звеньев и 25 комсомольских взводов противопожарной обороны, обученных приемам тушения зажигательных авиабомб. Осенью 1941 г. посты МПВО существовали на всех предприятиях, во многих учреждениях и учебных заведениях города. 13 сентября 1941 г. Совнарком СССР принял решение «Об обеспечении населения укрытиями и приспособлении их под газоубежища». Осмотрев здания Сталинграда, специальная комиссия отобрала для этих целей 359 подвалов. Кроме того, на всех без исключения улицах, во дворах, в городских садах и парках отрывались в земле траншеи и строились блиндажи. До осени 1941 г. эти работы велись медленно: немецкая авиация не бомбила Сталинград. 1 ноября в 14 часов 40 минут к городу прорвался первый фашистский бомбардировщик и сбросил свой смертоносный груз. Советское командование немедленно приняло меры по усилению прикрытия города с воздуха. Сталинградское авиаучилище было преобразовано в 102-ю истребительную авиадивизию. В Сталинград были присланы части зенитной артиллерии, которые образовали дивизионный район ПВО. 9 ноября по приказу штаба МПВО город объявляется на угрожаемом положении, В город прибыла 10-я дивизия войск НКВД.

19 декабря Сталинградский городской комитет обороны рассмотрел вопрос об обеспечении средствами защиты населения от бомбежек и признал ход работ неудовлетворительным. После этого работы велись ускоренными темпами. Несмотря на суровую зиму, к февралю 1942 г. все траншеи и подвалы были приспособлены к укрытию населения от воздушного удара врага. В них могли укрыться одновременно до 200 тыс. человек. В балках под Сталинградом создавались ложные очаги пожаров на случай налета вражеской авиации.

Фашистские летчики пытались прорваться к Сталинграду. Правда, первое время это им не удавалось. 1 января 1942 г. сержант 102-й истребительной авиадивизии войск ПВО Юрий Лямин таранил над Иловлинской первый в небе Сталинграда фашистский самолет. Выбросившихся с парашютом двух немецких летчиков задержали колхозницы. Вскоре в районе Калача-на-Дону командир эскадрильи старший лейтенант Н. А. Смирнов пулеметным огнем сбил «юнкерс-88». Через несколько дней он же сбил еще один «юнкерс-88». Самолет доставили в город и установили на площади Павших борцов.

В ночь с 22 на 23 апреля 1942 г. немецко-фашистская авиация произвела первый массированный налет на Сталинград. Зенитная артиллерия поставила мощную огневую завесу. В воздух поднялись аэростаты. Несмотря на все старания, гитлеровцам удалось сбросить на город лишь 18 фугасных бомб, которые разрушили 6 деревянных домов. Зато на ложные очаги пожара немецкие летчики сбросили более 30 фугасных и сотни зажигательных бомб.

По мере приближения фронта к Сталинграду вражеские самолеты-разведчики все чаще и чаще стали появляться над городом. Так, в мае самолеты противника пролетали над территорией нашей области почти ежедневно. Приказом наркома обороны Сталинградский дивизионный район ПВО был преобразован в корпусной. Командование поставило перед ним задачу «прикрыть гор. Сталинград и его военно-промышленные объекты от налетов вражеской авиации и обеспечить нормальную работу». В городе велось непрерывное дежурство пожарной постовой службы во всех жилых, общественных и производственных зданиях. 21 июня 1942 г., в связи с введением в Сталинграде военного положения, все формирования МПВО перешли на военное положение.

Строительство оборонительных сооружений. Население города и области приняло активное участие в создании четырех оборонительных обводов, строительство которых вела 5-я саперная армия, присланная в Сталинградскую область в октябре 1941 г. Протяженность внешнего обвода равнялась 487 км. Строительство этого рубежа продолжалось с октября 1941 по февраль 1942 г. Строительство внутреннего обвода, который охватывал Сталинград более узкой дугой, проводилось с ноября 1941 по июль 1942 г. Кроме этих основных рубежей, были построены Астраханский и Камышинский обводы. Общая протяженность всех рубежей составила 3860 км. Создавались доты и дзоты, рылись противотанковые рвы и траншеи, сооружались блиндажи и пулеметные гнезда, устанавливались противотанковые надолбы и ежи.

В сооружении оборонительных укреплений ежедневно принимали участие 180—225 тыс. человек, свыше 1400 тракторов и автомашин, 6 тыс. подвод с лошадьми. Работать приходилось в чрезвычайно трудных условиях: трасса рубежей, как правило, проходила по пустынной степи. Люди жили в землянках. Работали и в трескучий мороз, и в зной, а нередко — под бомбежкой и артобстрелом. Зимой земля так промерзла, что не поддавалась лому. Ее приходилось отогревать кострами, подрывать взрывчаткой. К 8 декабря 1941 г. было «выполнено 50% земляных работ, причем противотанковые препятствия — рвы и эскарпы— имели протяженность 1198 км».

К началу Сталинградской битвы оборудовать обводы полностью не удалось, но они сыграли важную роль в обороне города. Особенно важное значение имели оборонительные сооружения, воздвигнутые в августе и сентябре 1942 г. на окраинах и в самом Сталинграде.

Более 28 тыс. жителей 13 сельских, преимущественно приволжских районов принимали участие в строительстве 48 полевых аэродромов и 11 взлетно-посадочных полос, которые обеспечили боевые действия авиации трех фронтов.

По решению ГКО в Сталинграде было построено массовое бомбоубежище. Его штольни сооружались строителями Московского метро на левом берегу р. Царицы и находились на глубине 20 метров от поверхности. Здесь же были построены и штольни, на глубине 26 метров, длиною 136 метров, для командного пункта военного совета фронта, который перебазировался в Сталинград.

Таким образом, под руководством партийной организации трудящиеся Сталинграда и области в первый год Великой Отечественной войны проделали титаническую работу, бесперебойно и своевременно обеспечивали фронт материальными и людскими ресурсами, готовили резервы. Формы помощи действующей армии были разнообразными и действенными. Крупные оборонные мероприятия были проведены в Сталинграде и области. Как и все советские люди, сталинградцы стойко переносили лишения военного лихолетья, жили и трудились во имя победы над злейшим врагом человечества — германским фашизмом. Но главные испытания их ждали еще впереди.

Награда конкурса  «Электронный Волгоград-2004»
Предыдущая страница — «В преддверии грозных испытаний» Оглавление раздела Следующая страница — «Героическая оборона Сталинграда»
Главная | История | Даты | Путеводитель | Галерея | Статьи | Архив | Ссылки | Карта сайта
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Яндекс цитирования